Вы знаете, что такое малечина-калечина? А кубарь? А бирюльки? Большинство из нас — нет.
А ведь в этих старинных деревянных предметах — палочках, волчках, чашечках на верёвочке — спрятана целая вселенная: русские народные игры XVIII-XIX веков, в которых на Руси участвовали все, от крестьянских детей до придворной знати.
Кемеровчанка Марина Ещеева собирала эту коллекцию около 20 лет. Знакомила с ней школьников, представляла на фестивалях и праздниках. И везде происходило одно и то же: люди брали их в руки — и замирали.
Не прошлое, а живое
Марина Станиславовна знает об этих деревянных бирюльках, накидушках, закидушках, волчках и кубарях всё и рассказывает о них с таким азартом, будто держит в руках не старинные предметы, а что-то живое. Для неё это так и есть.
Она работник культуры с сорокалетним стажем, отличник культуры Республики Саха (Якутия), заслуженный работник культуры Мирнинского района. А ещё — «игровик» по призванию.
Всё началось в 2000-х годах, когда Марина приехала в Москву на курсы повышения квалификации. Там к слушателям вышла представительница игрового молодёжного объединения «Диво» из музея-заповедника «Коломенское». Оно занималось тем, о чём большинство горожан мало что знало: пропагандой деревянного игрового инструментария XVIII-XIX веков.
«Малечина-калечина, закидушки, накидушки, кубари, бирюльки, — перечисляет kuzbass.aif.ru Марина, и в её голосе столько удовольствия, будто она произносит имена старых друзей. — Меня настолько всё это заворожило!»
А ведь многие из нас не знают даже, что это такое. Между тем малечина-калечина — это деревянная палочка, которую нужно удержать на пальце, на ладони, на ключице, на колене, считая вслух, сколько часов до вечера. Кубарь — деревянный волчок, который запускали верёвкой или плетью: мужчины гоняли его, показывая удаль, женщины и подростки запускали изящнее — при помощи тонкого шнура. Бирюльки — крошечные деревянные фигурки, которые нужно извлекать из кучки специальным крючком, не потревожив соседние.
Не игрушки — инструментарий
«Это не игрушки, а инструментарий, — поправляет Марина, когда её коллекцию называют именно так. — Игрушка выполняет одну функцию: взял в руки, поиграл — и всё. А здесь и концентрация внимания, и терпение, и выносливость, и развитие глазомера, и азарт, и командная работа. Инструментарий — это многофункциональные предметы, развивающие ловкость, выдержку, координацию движений, чувство спортивного соперничества».
Своё собрание она начала формировать уже в Москве, покупая экземпляры у мастеров из «Дива». Потом ездила туда снова и снова, пополняя коллекцию по одному предмету. Сейчас объединения не существует, и приобрести подобные вещи больше негде: в магазинах нет, производство не налажено.
А можно и мы тоже?
Марина показывает свой инструментарий везде, куда приглашают. Однажды проводила мастер-класс на фестивале «Родники» в Новосибирске — пришли дети, а следом подтянулись папы.
«Стоят, смотрят. Потом: „А можно мы тоже?“» — смеётся она. Марина протянула им закидушки. — Это чаша с ручкой и шарик на верёвочке, нужно поймать шарик в чашу. Казалось бы, просто. Они в руки взяли, засопели, стараются, стали попадать! Мужики же, им обязательно надо победить! Азарт такой — не остановить.
Но самый неожиданный опыт в биографии Ещеевой — женское исправительное учреждение, в котором она побывала в рамках проекта «Жизнь продолжается». Его организовал Совет по вопросам попечительства в социальной сфере Кузбасса при поддержке Регионального отделения Союза женщин России. Марина ехала туда с замиранием сердца.
«Я думала: зайду, а они скажут — зачем это надо? — признаётся она. — А я зашла, разложила всё, поздоровалась: „Голубушки мои, лебёдушки“. И они так раскрылись! Трогали, играли. В конце я каждой вручила леденцовую конфету. Они брали угощение как самую дорогую шоколадку в жизни. Вот тогда я поняла, что делаю всё правильно».
Хоровод на Дворцовой площади
Следующим открытием стала хороводно-игровая школа Вероники Гаврилёнок. Марина прошла все три ступени обучения: от ведения малых хороводных форм до масштабных — на городских площадях. Дважды она выезжала в Санкт-Петербург и проводила хороводы на Дворцовой площади.
«Хоровод — это не танец, — объясняет она. — Это круг единства. Круг любви. Здесь все равны. Здесь нет чужих. И знаете, что интересно? Хоровод не терпит негатива. Если человек пришёл с тяжёлыми мыслями или нетрезвый — он сам выйдет из круга».
Вернувшись из Петербурга, Марина основала в Кемерове хороводно-игровую группу «Живушки», объединённую любовью к русской культуре и памяти предков. Занятия и праздники проходят уже третий сезон подряд в Государственной библиотеке Кузбасса, для детей и молодёжи бесплатно при поддержке Союза женщин Кузбасса.
Когда спрашиваешь Марину, зачем всё это делает, она отвечает без паузы: «Чтобы люди открыли глаза. Посмотрели на другую реальность. Наши предки жили со светом, с солнцем, с добром. Брали силу от земли и отдавали её людям. Я хочу, чтобы люди это вспомнили. Умом, телом, душой. Дарить человеку радость — это большое дело. Это моё дело. Господь мне его дал, и я иду по этому пути уже много лет. И никуда не сворачиваю».