Кемеровчанка Ирина (имена всех героинь материала изменены — Ред.) потеряла мужа три года назад. Супруг умер естественной смертью, и на плечи женщины легло воспитание двоих детей, один из которых — второклассник. Но почти никаких льгот в таком положении у Ирины нет.
От государства женщина получает только пенсию по потере кормильца (и то хорошо, что она есть!) — в её случае это минимальные 16 тысяч рублей на двоих детей. В остальном же всё, как у всех полных семей, — сын-второклашка ест бесплатно в школе (но так кормят любых учеников началки в регионе), скидок в школьные и городские лагеря нет.
Ирина объясняет kuzbass.aif.ru: льготы положены только малоимущим, у кого зарплата не превышает двух прожиточных минимумов, ещё многодетным, жёнам погибших военнослужащих и т. п., ей же, хоть её семья неполная, — нет. Остальное на общих правах.
Три работы и не платящий муж
«Муж ушёл из семьи, когда сыну было около двух лет. Я была в декрете, пособие не получала, алименты тоже, поэтому была вынуждена выйти на работу раньше времени. Сейчас я работаю на трёх работах, чтобы не быть нищей, а так как получается заработать денег выше порога для получения социальных выплат, они мне и не положены», — рассказывает kuzbass.aif.ru другая кемеровчанка Евгения.
По её словам, выплаты в районе 10 тыс. были только до достижения ребёнком полутора лет. Если бы не родители молодой матери, которые сидели с болеющим первый год из-за детского сада внуком, Евгения не знает, как бы справлялась. «Разведёнки» особых льгот не имеют.
Да, формально можно взыскать с бывшего мужа или отца ребёнка алименты, но мужчины часто их не платят, как бывший супруг Евгении, и даже приставам не удаётся решить ситуацию.
«Кроме того, есть проблема полномочий пристава. Да, он может запросить почти любые сведения, но не может, например, просто так войти в помещение должника. Равно пристав не может принудительно доставить должника в отдел для дачи пояснений. Поэтому нужно самим проявлять активность, постоянно контактировать с приставом и жаловаться на его действия или бездействия, если очевидно, что ничего не происходит. Сейчас эта процедура стала проще — через Госуслуги», — советует эксперт.
Мамы-вахтовички
Третья мать-одиночка из Кемерова Анастасия рассказала kuzbass.aif.ru, что ещё будучи беременной взяла в ипотеку квартиру, но после родов получала только единовременное пособие — отец мальчика участвовать в жизни сына отказался, Настя не была с ним в браке, отца в свидетельство о рождении ребёнка не вписала. На выплаты от прошлого места работы купила кроватку и вещи для мальчика. Только единое пособие составляло 15 тыс. рублей, а платёж по ипотеке — 20 тыс.
«Денег не хватало практически ни на что. Чтобы как-то свести концы с концами, работала на прежней работе удалённо. Совместить воспитание ребёнка и работу оказалось гораздо сложнее, чем предполагалось. Я набрала кредитов, которые выплачиваю, помимо ипотеки, уже несколько лет по сей день. Родители финансово помочь не могли. Ребёнок родился с неврологической патологией. Пыталась работать в своём городе, устроить сына в сад — но его долго не брали, как только видели в свидетельстве о рождении, что я одна, отца нет. Пыталась сама оплачивать кружки, лечение. Долги копились комом со скоростью метеорита», — делится Анастасия.
В итоге она приняла сложное решение поехать на вахту, и последние три года трудится на Севере, оставляя сына родителям на воспитание. Признаётся, что таких, как она, — 80% женского коллектива.
«Я очень жалею о том, что не нахожусь с ребёнком рядом. Понимаю, что очень ему нужна. Он ждёт меня на каждый праздник и хочет делиться со мной многим, что произошло у него в жизни, но страшнее было находиться рядом и понимать, что я не могу ничего ему дать. Ни нормальное лечение, ни образование, даже банально вещи. Сказать, что это тяжело, ничего не сказать», — говорит молодая мама.
Однако Настя признаётся: о каких-то мерах поддержки могла и не знать. Некогда было разбираться. Кирилл Стецко тоже полагает, что многие нуждающиеся просто не в курсе, какие льготы им положены: у них нет времени обивать пороги госорганов: «Да, сейчас всю документацию стараются перевести в Госуслуги, но этого явно недостаточно. Поэтому проблема, с одной стороны, в явной недостаточности социальных выплат, с другой стороны — в бюрократии и слабой информированности».
Не «плохой полицейский»
Официально статуса «мать-одиночка», который бы подразумевал отдельные выплаты, в Кузбассе нет. То есть одинокие женщины с детьми, будь то вдовы (у них разве что есть пенсия по потере кормильца), представительницы просто неполных семей, могут рассчитывать на те же льготы, что и остальные семейные кузбассовцы, без скидки на то, что мать «поднимает» ребёнка одна.
В Минсоцзащиты региона kuzbass.aif.ru пояснили, что проще всего посмотреть, на какую помощь можно рассчитывать, на сайте «Социальный навигатор». Там нужно заполнить небольшую форму-анкету, и сайт выдаст подборку льгот конкретно для вашего случая. Правда, система почему-то не учитывает все индивидуальные особенности, и в помощь условной матери годовалого ребёнка предлагает выплату выпускникам 11 класса из малообеспеченных семей.
Кирилл Стецко считает, что социальная помощь нуждающимся семьям и матерям сильно разнесена по разным полномочиям и ведомствам, и пособия, если они вообще есть, не позволяют людям нормально существовать.
«Например, в Кузбассе существует ежемесячная материальная помощь многодетным семьям в размере целых 1200 рублей — как на эти деньги можно прожить, вопрос риторический. При этом, согласно статистике, до 20% неимущих семей в 2014-2018 годах вообще не получали никакой помощи. Проблема здесь в том, что статус малоимущих имеет жёсткую привязку к прожиточному минимуму. В Кемеровской области эта сумма составляет 18 785 рублей на взрослого и 16 717 рублей на ребёнка. Если зарплата 40 000 рублей, то одинокая женщина с ребёнком уже не малоимущая, соответствующие льготы ей не положены», — говорит эксперт, добавляя, что многие давно предлагают оценивать уровень жизни и по расходам, учитывать медианные значения доходов и т. д.
Как не сойти с ума одинокой женщине с ребёнком?
- Признайте: вы в сверхсложных условиях. Это не «я плохая мать». Это «я делаю работу двоих в одиночку». Имеете право уставать, срываться, валиться с ног.
- Отпустите перфекционизм. У вас нет ресурса на идеальный порядок, домашние обеды из трёх блюд и развивашки каждый день. И не надо. Ребёнку нужна живая, а не выгоревшая мама. Беспорядок, макароны и мультик — это ок.
- Ищите поддержку везде, где можно: родители, даже если помогают «не так», подруги (попросите посидеть с ребёнком час, пока вы сходите в душ или магазин), группы в соцсетях «мамы одиночки», няня раз в неделю.
- Перестаньте компенсировать отсутствие отца. Вы не обязаны быть и мамой, и папой. У ребёнка есть мама — этого достаточно.
- Говорите о папе правду. Без обесценивания, но без иллюзий: «Папа тебя любит, но так сложилось, что мы живём отдельно» или «Папа выбрал другую жизнь». Без «Папа — козёл» (это травмирует ребёнка). Но и без создания кумира, которого нет рядом.
- Идите к психологу. Особенно если много злости, обиды, чувства вины или страха. Потому что ваше внутреннее состояние — это фундамент. Если он трещит, никому не будет легко.
«Что ещё тяжелее? Когда ребёнок растёт без отца или с отцом, который появляется раз в месяц, дарит подарки и уходит? Мама остаётся „плохим полицейским“. А папа — „праздником“. Мама делает уроки и лечит ангину. Папа зовёт на аттракционы. Ребёнок невольно сравнивает, и маме достаётся роль „скучной, которая всё запрещает“. Это несправедливо. И больно. И сил терпеть эту несправедливость иногда нет.
Но вы не обязаны доказывать миру, что справляетесь, быть супермамой, нести всё одной. Вы имеете право уставать, просить помощь, иногда делать минимально. Вы уже делаете огромную работу. Каждый день, без выходных, без подстраховки. И то, что вы ещё держитесь, — это уже подвиг», — заключает Мария Мясникова.