Примерное время чтения: 7 минут
208

Крылатая скорая. Как кузбасская санавиация спасает жизни тяжёлых больных

Еженедельник "Аргументы и Факты" № 46. АиФ в Кузбассе №46 15/11/2023
Всего с 2018 года бригады санавиации совершили 369 вылетов и спасли более 300 человек.
Всего с 2018 года бригады санавиации совершили 369 вылетов и спасли более 300 человек. правительство Кузбасса

Когда счёт идёт на минуты, а врачи — в нескольких сотнях километрах, на помощь приходит санавиация. Заместитель директора по медицинской части Кузбасского центра медицины катастроф Евгений Юркин рассказал о работе в период чрезвычайных ситуаций и в «мирное» время, о чудесных спасениях и особом складе характера медиков центра.

Добраться за сотни километров

Инна Сергеева, kuzbass.aif.ru: Евгений Петрович, когда появилась ваша служба и чем она занимается?

Евгений Юркин: Кемеровский областной центр медицины катастроф появился в 1992 году. Его специалисты оказывали медпомощь пострадавшим в чрезвычайных ситуациях. Начиналось всё с одного кабинета и четырёх человек, а сегодня это большая самостоятельная структура.

Отделение санавиации вошло в состав центра в 2012 году. Изначально его создали ещё при Советском Союзе на базе Кемеровской областной клинической больницы. Сегодня наша главная задача — эвакуация тяжёлых пациентов из малых больниц области в крупные стационары, чтобы они получили высокотехнологичную медицинскую помощь.

Мы также вывозим пациентов, которым нужна неотложная помощь, из труднодоступных мест и отдалённых посёлков (сёла Тисульского, Таштагольского, Мариинского и Междуреченского районов). Самый отдалённый посёлок Белогорск расположен в 350 км от столицы Кузбасса, если ехать на автомобиле. И всего 154 км по воздуху.

Кроме того, наши бригады скорой помощи выезжают на ДТП, чрезвычайные ситуации, когда есть большое количество пострадавших. У нас 10 реанимобилей класса С и один специализированный санитарный вертолёт «Ансат». Он оборудован медицинским модулем с мониторингом всех жизненных параметров, кислородной поддержкой, аппаратом ИВЛ. Здесь есть всё необходимое для проведения реанимации.

У нас работают высококвалифицированные специалисты, которые способны оказывать медицинскую помощь в сложных для работы условиях. Мы не только экстренно помогаем и эвакуируем, но и привозим узких специалистов к пациенту в районную или городскую больницу.

 ЧП бывают часто

— С какими случаями вы сталкиваетесь чаще всего в санавиации?

—  В обычной жизни это тяжёлые пациенты, которым нужна экстренная помощь. Мы вылетаем и выезжаем к людям, пострадавшим в ДТП, при тяжёлых производственных травмах, когда случился инфаркт или инсульт, к детям и взрослым с дыхательной недостаточностью, к беременным, роженицам и новорождённым. Такие вызовы поступают из районов и городов области каждый день.

На пике заболеваемости новой коронавирусной инфекцией мы вывозили в сутки в три раза больше пациентов с тяжёлой дыхательной недостаточностью. Есть участки автодорог области, на которых ДТП случаются наиболее часто. Например, Кемерово — Мариинск, особенно извитая часть от Кемерова до села Красный Яр в Ижморском районе. Она сложна для водителя. Кроме того, загружена большегрузным автотранспортом. Те, кто ездят по ней часто, адаптировались, а вот приезжие из других регионов лихачат. В результате бывают ситуации, когда в ДТП гибнут целые семьи.

Отдельная история — крупные чрезвычайные ситуации, когда пострадавших десятки и сотни. И в такие моменты важно быстро оказать необходимую помощь на месте, правильно госпитализировать, вовремя перевезти всех нуждающихся в специализированные отделения. Мы отслеживаем состояние здоровья каждого пострадавшего от момента ЧС до полного выздоровления.

К сожалению, по сравнению с другими регионами у нас богатый опыт таких событий: аварии на шахтах «Распадская», «Комсомольская», «Листвяжная», утечка хлора в Кемерове, падение самолётов в Междуреченске и на Танае, ДТП с пассажирскими автобусами, железнодорожная авария со сходом вагонов с рельсов в Анжеро-Судженском городском округе, пожар в «Зимней вишне».

До 2022 года мы на такие аварии ездили по земле, теперь можем летать. В среднем в год мы выполняем около 5000 вызовов всеми видами транспорта. Чаще всего, конечно, передвигаемся на автомобиле, но и летаем немало. В этом году за 10 месяцев только внутри области совершили 166 вылетов и эвакуировали 178 человек. Ещё есть и межрегиональные эвакуации пациентов с использованием регулярных авиарейсов в Москву, Санкт-Петербург и т. д.

— А если больного нужно эвакуировать, например, из леса, где нет площадки для вертолёта?

— У нас в области есть 22 специально оборудованные площадки для посадки вертолёта. Но при наличии определённых условий вертолёт может сесть в любом месте, даже на парковке. «Ансат» лёгкий и манёвренный. Единственное условие — должна быть хоть какая-то посадочная площадка, например, поляна или поле.

Безусловно, в лесу или там, где проходят высоковольтные линии электропередачи, возможности приземлиться нет. У нас работают опытные пилоты Национальной службы санитарной авиации. Если не можем сесть рядом с пациентом из-за технических сложностей — мы до него доедем с помощью коллег из местных отделений скорой помощи или других ведомств. Работаем в тесном контакте с подразделениями МЧС, муниципальных служб спасения, используем их средства: катера, снегоходы, лодки и т. д. Без помощи человек в любом случае не останется, мы обязательно к нему доберёмся.

Чувствуешь драйв

— Наверняка есть случаи чудесного спасения?

— Конечно, есть. В Междуреченске на лесоруба упало дерево. Он получил очень тяжёлые травмы. Наш вертолёт сел буквально на пятачке — вокруг тайга. Мы вовремя оказали ему помощь и доставили в больницу. Мужчина жив.

Было несколько случаев, когда мы вывозили трёхдневных новорождённых с пороком сердца на ИВЛ. Оборудование больше малышей в три раза. Считаю, что для наших врачей такие случаи — подвиг. Не раз во время непрямого массажа сердца ставили пожилым людям кардиостимулятор. Тем самым спасали им жизнь, когда сердце уже остановилось.

— Находясь так часто рядом со смертью, вы как-то по-особенному относитесь к жизни?

— 37 лет назад я устроился санитаром на скорую помощь. И глядя на работу врачей спецбригад, понял, что тоже хочу этим заниматься. Этот труд меня заразил. Я окончил институт и стал врачом скорой помощи.

В медицине катастроф я уже более семи лет. С удовольствием согласился работать здесь. Этот труд мне близок, интересен. Чувствуешь драйв от того, что в твоих руках жизнь человека. Да, непросто, устаёшь, но когда спасаешь больного — ощущаешь необыкновенный прилив сил и энергии. Словами это сложно передать.

Смерть мы видим часто, острее понимаем, что жизнь коротка. Особенно в те моменты, когда пациент моложе нас. Быть может, поэтому больше любим жизнь, свою работу. Больше ценим простые радости и никогда не унываем.

В медицине катастроф Евгений уже более семи лет
В медицине катастроф Евгений уже более семи лет Фото: Из личного архивa/ Евгений Юркин

Главный вопрос

— Чтобы работать в вашей службе, нужен особый склад характера?

— Ты должен молниеносно с холодной головой ориентироваться в ситуации и быстро принимать решения. Обязательно быть стрессоустойчивым и выдержанным. Нельзя поддаваться эмоциям, паниковать. Всегда нужно вселять уверенность в людей: в пациентов, в коллег по профессии при работе в чрезвычайной ситуации. А ещё важно не быть чёрствым, холодным, безразличным. Врач никогда не будет профессионалом, если равнодушен к своим пациентам. Он не сможет реанимировать больного, потому что ему нужно вдохнуть в человека частицу себя. Именно таких докторов я собрал в нашей команде.

Досье
Евгений ЮРКИН. Родился в 1967 году в Кемерове, окончил Кемеровский государственный медицинский университет. Заместитель директора по медицинской части Кузбасского центра медицины катастроф, кандидат медицинских наук, врач скорой помощи, кардиолог, анестезиолог-реаниматолог. Награждён медалями «За веру и добро», «За самоотверженность», «За служение Кузбассу», «За достойное воспитание детей».

Оцените материал
Оставить комментарий (0)

Топ 5 читаемых


Самое интересное в регионах