Кризис продолжится? Добыча угля в Кузбассе в 2025 году снизилась на 3,9%

Кузбасские угольщики планируют в 2026 году нарастить объёмы добычи и экспортные поставки. Означает ли это, что кризис в углепроме начнёт отступать?

«Кризисные явления стали наблюдаться с 2020 года. Тогда на них не обратили внимание, посчитав динамику добычи за незначительные колебания конъюнктуры рынка и проблемы, связанные с вывозом. В 2025 году кризис в угольной отрасли Кузбасса явился в полной красе. Это привело к тому, что количество угольных предприятий в области снижается», — комментирует ситуацию в кузбасском углепроме экономист Евгений Харлампенков.

В полной красе

Эксперт отмечает, что Кузбасс долгое время был «заточен» на экспорт как коксующегося, так и энергетического угля. В данный момент ситуация достаточно сложная: в 2025 году на экспорт отгружено 101,8 млн тонн, при этом снижение на 0,3% к уровню 2024-го. Изменилась и структура поставок: в восточном направлении отгружено 53,8 млн тонн (+0,4% к уровню 2024 года), в северо-западном направлении 31,9 млн тонн (-7%), а в южном −14,5 млн тонн (+на 19%).

Кроме того, в восточном направлении появился сильный конкурент — уголь Эльгинского месторождения в Якутии. За первые девять месяцев 2025 года компания «Эльгауголь» увеличила добычу на 27%, а экспорт — на 30%.

Кошелёк всё тоньше. На какие деньги будет жить Кузбасс в 2026 году Подробнее

«Рост угледобычи в Якутии происходит на фоне спада в регионах, удалённых от экспортных портов, в первую очередь в Кузбассе. Понятно, что у них логистические затраты будут меньше», — говорит Харлампенков. Также углепром на Сахалине демонстрирует устойчивый рост.

«При этом из 150 угольных предприятий Кузбасса около 30 находятся в „красной зоне“, а это свидетельствует, что добыча там приостановлена. Это неблагоприятно сказывается на рабочих коллективах предприятий: численность персонала, занятого в угольной отрасли в 2025 году, составила 87,5 тыс. человек, что на 3,8 тыс. человек меньше, чем в 2024-м», — приводит статистику занятости экономист.

«Для Кузбасса угольный кризис — самый значимый из всех угольных регионов, влекущий за собой закрытие угольных предприятий, безработицу, уменьшение налоговых поступлений в местный бюджет», — резюмирует эксперт.

Разноречивые прогнозы

Тем не менее в 2026 году Кузбасс планирует нарастить добычу угля на 3,2% — до 196,8 млн тонн, а угольные компании готовы экспортировать не менее 117 млн тонн угля — на 15% больше, чем в 2025 году. Кризис отступит?

Собеседник отмечает, что прогнозы по угольному рынку разноречивы. Международное энергетическое агентство ожидает стагнации добычи и экспорта российского угля, по крайней мере до конца десятилетия. Аналитики прогнозируют снижение добычи угля по стране до 422 млн тонн в 2030 году (а это в большей степени кузбасские угли), и сокращение экспорта с 191 до 187 млн тонн в 2030 году.

В большей степени это затронет энергетические угли, тем более что на международном рынке они представлены в достаточно широком ассортименте.

К 2030 году доходность среди участников российской угольной отрасли сохранят только экспортёры коксующегося угля — следует из обзора консалтинговой компании NEFT Research. Прогнозы российских аналитических компаний более оптимистичны: до 530 млн тонн добычи к 2030 году.

«Поэтому из 117 млн тонн запланированного на экспорт угля коксующиеся должны составлять львиную долю, и это с учётом активизации металлургической промышленности Китая и Индии, — делает вывод Харлампенков. — Конечно, объём добычи энергетических углей в Кузбассе может стабилизироваться или даже возрасти, но это в первую очередь будет связано со строительством новых тепловых электростанций в Сибири, ориентированных на использование кузбасских углей. Пока же ситуация далека от оптимизма».

В пять раз беднее. Что теряют кузбассовцы из-за угольного кризиса Подробнее

Ориентир на Африку?

«Восточный рынок с точки зрения расширения экспорта весьма проблемный, там много крупных игроков — Австралия, Индонезия, Монголия и, конечно, Китай. Экспорт мы там не нарастим, важно удержать свои позиции: без оптимизации логистики вывоза кузбасского угля мы ничего не решим. Рынок Западной Европы для нас заблокирован на долгие годы: это и санкции, и активное использование газа, и переход к „зелёной“ энергетике», — рассуждает эксперт.

Остаётся переориентация на страны Ближнего Востока и Африку. В энергетической стратегии России обозначено приоритетное направление взаимодействия со странами Африки: континент богат природными ресурсами и может быть рынком сбыта для дешёвого и легкодоступного российского угля, особенно с учётом прихода российских и китайских компаний, ориентирующихся на создание в африканских странах металлургических и других перерабатывающих производств. Но пока объёмы поставок на африканский континент малы: по прогнозам аналитиков ИПЕМ, к 2030 году — до 2,1 млн тонн.

«Это не спасёт угольную отрасль. Это мизер по сравнению с экспортными поставками даже Кузбасса. Вывод — отслеживаем конъюнктуру рынков и принимаем решения об объёме экспорта на сложившихся рынках, работаем в тесном взаимодействии с компаниями, работающими в Африке», — рассуждает собеседник.

Возродить углехимию?

«Мы сейчас активно развиваем туризм, но даже если мы утыкаем весь Кузбасс лыжными трассами, мы не получим таких поступлений в бюджет, как от угольной промышленности», — говорит эксперт.

Его слова подтверждают данные регионального минфина за 2024 год: от туризма бюджет получил 3 млрд руб., тогда как от углепрома — 50 млрд — даже в кризисный год для угледобычи — колоссальная разница.

Экономист видит выход в возрождении углехимии. «У нас немного негативное отношение к углехимии, пришло оно из 1930-х годов, когда она реально была „грязная“. Но сейчас всё изменилось, вспоминаем наш „Кокс“. Работа современных предприятий углехимии — это будущая фишка и спасение угольной отрасли Кузбасса и его бюджета», — считает Евгений Харлампенков.

Также он видит выход в накопленных отвалах породы, где пруд пруди дорогих и востребованных редкоземельных металлов. Но для этого, говорит, нужна государственная программа.