«Мечтаю увидеть лес на месте карьера». Студентка превращает отходы в почву

Она не просто учится, а уже меняет будущее Кузбасса и всех промышленных городов. Студентка СибГИУ Елизавета Жарких уверена: даже «лунные» пейзажи угольных разрезов можно превратить в живой лес. Ко Дню студента kuzbass.aif.ru поговорил с Елизаветой о её научной работе, скепсисе, первых успехах и о том, почему она считает, что перемены начинаются с каждого.

Помогут опилки?

Инна Сергеева, kuzbass.aif.ru: Елизавета, почему вы выбрали именно экологию? Это не самое популярное направление среди студентов.

Елизавета Жарких: К экологии я пришла не сразу — сначала окончила колледж по химической специальности. И именно там меня заинтересовала экология. Это перспективное направление, которое реально помогает восстанавливать природу.

Мне хотелось делать что-то полезное не только для города, но и для всей планеты. Исследования в этой области могут принести пользу гораздо шире, чем кажется на первый взгляд. Я считаю, что экологические знания сегодня нужны каждому, ведь от состояния окружающей среды зависит наше здоровье и качество жизни. Кроме того, мне нравится, что в этой профессии можно видеть конкретные результаты своего труда — например восстановленные участки природы.

— Вы выбрали для работы одну из самых сложных тем — рекультивацию угольных отвалов. Что вас привлекло именно в этой теме?

— Я уже работала с разными полигонами и разрезами и постепенно пришла к теме восстановления нарушенных земель. Особенно меня заинтересовала идея использовать отходы производства, чтобы сделать процесс экологичнее и экономичнее.

Например, я выбрала опилки как рекультивант — это отходы деревообрабатывающих предприятий, которые обычно просто выбрасывают. А ведь они могут разрыхлять глину и помогать почве восстанавливаться быстрее. В промышленном масштабе такие методы почти не применяются, хотя они доступны и эффективны. Для нашего региона это особенно актуально, ведь Кузбасс — промышленный край, и проблема нарушенных земель стоит очень остро.

120 лет из «Луны» в Землю. Почему в Кузбассе всё сложно с рекультивацией? Подробнее

— Расскажите простыми словами, как проходит ваш эксперимент. Что вы делаете и зачем?

— Мы берём нарушенные земли после горных работ, смешиваем их с глиной и опилками, добавляем удобрения, если нужно. Опилки разрыхляют почву, улучшают её физические и химические свойства, а растения начинают расти быстрее. Мы высаживаем травы, ели, дубы, сравниваем, как они развиваются на разных субстратах. В течение года проводим анализы почвы, чтобы понять, насколько эффективен метод. Есть контрольные образцы — без опилок, чтобы сравнить результаты.

В будущем, если всё получится, этот способ можно масштабировать на большие полигоны. Мне важно не только получить научные данные, но и убедиться, что метод реально работает в условиях нашего региона. Мы также отслеживаем, как меняется структура почвы, её влажность, содержание питательных веществ. Это помогает подобрать оптимальные пропорции компонентов для рекультивации.

— Есть ли риск, что ели, выращенные на угольных субстратах, накопят вредные вещества? Можно ли будет собирать грибы в таком лесу? И если ваш метод внедрить повсеместно, сколько лет потребуется, чтобы «лунный пейзаж» разрезов превратился в тайгу?

— Если субстрат проверен химически и его состав известен, никаких негативных факторов не будет.

Всё зависит от качества исходной породы. Мы работаем с пустой породой, которая не содержит вредных веществ. Если анализы показывают, что всё в порядке, и грибы, и ягоды можно собирать спокойно. Конечно, перед масштабным внедрением технологии нужно проводить дополнительные исследования, чтобы убедиться в безопасности для людей и животных. Мы всегда учитываем рекомендации специалистов и стараемся соблюдать все экологические нормы. Если помогать природе, за 5–10 лет можно увидеть первые деревья и травяной покров.

Лес вместо пустыни

— Сталкиваетесь ли вы со скепсисом со стороны опытных учёных или промышленников? Как реагируют на ваши идеи?

— Поначалу, конечно, был скепсис: «Ты же студентка, что ты можешь предложить?» Но когда подробно объясняешь суть эксперимента, люди начинают относиться серьёзнее. Видят, что это не просто студенческая работа, а реальный проект, который может принести пользу.

Иногда приходится доказывать свою точку зрения, приводить аргументы, показывать результаты анализов. Но я считаю, что здоровый скепсис — это нормально, он заставляет лучше готовиться и глубже изучать тему.

Если говорить про промышленные компании, то да, они заинтересованы в сотрудничестве, потому что для них это вопрос штрафов и репутации. Если есть возможность рекультивировать земли эффективно и экономично, они готовы работать с нами.

— Вы участвуете в климатическом бренд-движении. Что это такое и чем занимаетесь?

— Это экологически-климатический клуб, который мы назвали современным брендом. Мы стараемся говорить о сложных темах — рекультивации, углеродном следе — на языке молодого поколения. Проводим мастер-классы, лекции для школьников, учим их сортировать отходы, черенковать растения, делать поделки из бытового мусора. Это помогает им с детства формировать экологическую культуру.

«Не понимают». Министр назвал рейтинг эконеблагополучия Кузбасса игрой Подробнее

— Некоторые считают, что экологический активизм в промышленном регионе — дело бесполезное. Что вы отвечаете таким скептикам?

— Наоборот, в промышленном городе заниматься экологией нужно ещё активнее. Надо привлекать детей, чтобы они с детства понимали важность этих проблем. Если каждый будет относиться к природе ответственно, проблем станет меньше.

Я считаю, что перемены возможны, если начать с малого — например с сортировки мусора или участия в экологических акциях. Даже небольшие шаги могут привести к большим результатам, если их делает много людей. Кроме того, экологическое образование помогает формировать ответственное отношение к окружающей среде, и это важно для будущего.

— Экология для вас — это альтруизм или работа? Как вообще видите своё будущее?

— Для меня экология — способ принести пользу планете, создать технологию, которая поможет природе. Конечно, хочется, чтобы разработки были востребованы, но главное — видеть реальный результат. Я сама сортирую мусор, провожу мастер-классы и лекции для школьников. На другое времени пока не хватает. Я считаю, что экологическая деятельность может быть и профессией, и призванием.

В будущем хотелось бы продолжать работать в этой сфере, возможно, заниматься преподаванием или научными исследованиями. Конечно же, хочется увидеть результат своего труда — участок, который будет успешно рекультивирован, где вырастет настоящий лес. Когда технология будет работать без моего постоянного участия и её можно будет тиражировать — вот это будет настоящая победа.