«Беру лопату и копаю». Как доброволец помогает сохранять семьи в Кузбассе

В России ежегодно делается больше миллиона абортов. Каждый год страна теряет население целого крупного города — и это только официальная статистика. Пока государство считает цифры, кемеровчанин Евгений Ударцев, руководитель АНО «Спаси жизнь», просто берёт лопату и идёт копать траншею рядом с многодетной мамой, которой грозит потерять детей. Потому что иногда помочь человеку — это не речи и не отчёты, а водопровод в доме и вовремя найденный юрист.

Начиналось с одного вопроса

Каждый год в России делается больше миллиона абортов. Евгений Ударцев, руководитель кемеровской некоммерческой организации «Спаси жизнь», любит приводить эту цифру в разговоре — и сразу переводит её в другой масштаб.

«Представьте: каждый год с карты России исчезает целый Омск или Новосибирск, — говорит он. — Просто исчезает. Вот что стоит за этой статистикой».

Именно с этого вопроса — как остановить эту тихую убыль — и начинался центр. В 2019 году организацию зарегистрировали в Прокопьевске, и первым направлением работы стала поддержка беременных женщин, оказавшихся в трудной жизненной ситуации. Тех, кто стоит перед выбором и не знает, как решиться сохранить ребёнка.

За несколько лет при поддержке центра на свет появились более 250 детей. Евгений говорит об этом просто, без пафоса: женщина, получившая поддержку, чувствует себя уверенной. И делает выбор в пользу жизни.

«Без женщин нет передовой». Многодетная мама из глубинки помогает бойцам СВО Подробнее

Не только беременные

Сегодня «Спаси жизнь» — это уже не только про аборты. С 2024 года организация сменила юридическую прописку на Кемерово, сохранив представительство в Прокопьевске, и взяла новое направление: профилактика социального сиротства.

Сирот при живых родителях в стране — огромное количество. Семьи теряют детей не потому что не любят их, а потому что потеряли работу, лишились жилья, стали жертвами домашнего насилия или просто не знают своих прав. И вот тут, говорит Евгений, начинается самое сложное.

«По центральным каналам говорят: мы за семью, за восстановление кровных связей. А на местах всё работает по-другому, — рассказывает он. — У нас сейчас случай: есть решение городского суда, есть решение краевого суда Алтайского края — мать не лишена родительских прав, не ограничена в них. Но ребёнка не отдают. Объяснение одно: опекун хороший. Но Семейный кодекс защищает в первую очередь интересы родителей, а не опекунов. И интересы ребёнка — воспитываться в родной семье».

Таких историй в работе центра — десятки. И за каждой — конкретный человек, которому некому помочь разобраться в бумагах, некому объяснить, куда идти.

Удочка вместо рыбы

Принцип работы центра Евгений формулирует чётко: не давать готовое, а помогать добиться самому.

«Мы смотрим, есть ли у человека стимул что-то изменить, — говорит он. — Просто давать всё на блюдечке — это не помощь. Это может быть даже хуже».

Один из самых показательных случаев — многодетная мама, которая поместила детей в реабилитационный центр из-за того, что в доме не было водопровода. Осень, грязь, уже снег. Волонтёры приехали и вместе с мамой копали траншею, прокладывали трубы, клеили обои. Она делала ремонт своими руками. Дети вернулись домой.

Другой случай — выпускница детского дома, которой дали комнату в общежитии, а потом социальные службы начали требовать «улучшить жилищные условия». Как она могла их улучшить? Центр поднял историю до федерального уровня. В итоге сироте выделили денежные средства для приобретения двухкомнатной квартиры. Есть и совсем простые, но не менее важные истории. Женщина после инсульта жила на четвёртом этаже общежития, а единственная ванная комната — на третьем. Спуститься она не могла физически. Волонтёры купили и установили душевую кабину прямо в её комнату. Для неё это было счастьем.

«Тут такие гены…» Женщина воспитала 16 приёмных детей и нашла им папу Подробнее

Папы тоже приходят

Вопреки стереотипам в центр обращаются не только мамы. Среди подопечных есть и отцы, и некоторые из них, по словам Евгения, дадут фору любой матери.

«Есть у нас папа, Алексей, — рассказывает он. — Ребёнок попал в детский дом, мама перестала навещать. А папа всё делает: водит сына в кружки, в досуговые центры, в санаторий отправляет. Сам выглядит неряшливо, про себя совсем забыл. Я ему говорю: на тебя тоже смотрят, ты тоже родитель. А он — весь в ребёнке».

Таким родителям — и мамам, и папам — центр старается напомнить, что они тоже люди. К 8 Марта партнёры организации дарят женщинам сертификаты на косметические услуги, причёски, уход. Мелочь? Нет. Для мамы, которая годами живёт только ради детей и забыла о себе, — это очень много.

Один в поле

За всем этим стоит один официально трудоустроенный человек — сам Евгений. Все держится на двадцати волонтерах: юристах, психологах, друзьях и просто неравнодушных людях. Финансирование — гранты, пожертвования через банковские приложения, сборы продуктов в супермаркетах, редкие взносы от предпринимателей.

Был случай, когда один бизнесмен, увидев пост в соцсетях, перевёл 100 000 рублей на погашение алиментного долга молодой мамы — просто так, с плеча.

«Таких людей немало, — говорит Евгений. — Люди откликаются. Это и держит на плаву».

Сейчас организации остро нужно помещение в Кемерове: подопечных приходится принимать в торговых центрах или на улице. В Прокопьевске администрация города выделяет 165 квадратных метров — документы на согласовании. В перспективе Евгений мечтает о кризисном доме, где мама с детьми могла бы временно жить в безопасности — жертвы домашнего насилия, беременные девушки без жилья, выпускницы детских домов, которых бросили на улицу.