«Нас не всегда хотят видеть». Певица с ОВЗ дарит сцену людям с инвалидностью

Певица, поэт, автор-исполнитель, амбассадор инклюзивных проектов и обладательница более 400 наград и десяти корон красоты Лариса Федичева из Прокопьевска не только вдохновляет своим примером, но и ежедневно помогает другим поверить в себя и найти свой путь.

Она выбрала не борьбу, а принятие, научилась видеть в своих особенностях не преграду, а источник силы, и теперь помогает людям с ОВЗ находить свой путь через творчество.

О том, как важно чувствовать себя нужным, как сцена помогает обрести уверенность и почему главное — быть собой, в материале kuzbass.aif.ru.

Болезнь не препятствие

Инна Сергеева, kuzbass.aif.ru: Лариса, расскажите немного о себе. Как пришли к творчеству?

Лариса Федичева: Я человек с инвалидностью с рождения. У меня дисплазия тазобедренных суставов, кокс­артроз, сколиоз грудного отдела позвоночника, порок сердца и ещё целый букет сопутствующих диагнозов. Мои родители оба были незрячими, и в нашей семье инклюзия была не теорией, а практикой.

Я не знаю себя в другом состоянии — у меня нет деления на до и после. Я просто живу с этим, не борюсь, а принимаю. Радуюсь, что не пришлось переосмысливать себя, как тем, кто получил инвалидность во взрослом возрасте. Психологически мне не нужно ничего преодолевать — я просто такая, какая есть.

В нашей семье музыка была воздухом. Папа — баянист, руководитель и аккомпаниатор хора Всероссийского общества слепых, учился в единственном в стране музыкальном училище для незрячих в Курске. Мама — солистка. С четырёх лет я на сцене, первое выступление было с папой на конкурсе «Играй, гармонь, любимая!». С 16 лет пишу стихи, с 18 занимаюсь волонтёрством. Болезнь никогда не была препятствием для творчества, как и для спорта и других увлечений. Если есть желание — всегда найдутся возможности и люди, которые помогут. А если желания нет, то и здоровье не поможет.

«Мы им привозим дом». Потерявший друга на СВО музыкант дарит бойцам песни Подробнее

— Когда и почему вы стали заниматься инклюзивными проектами?

— Я никогда не разделяла сольную карьеру и работу с инклюзивными проектами — для меня это единое целое. Волонтёрство бывает разным: кто-то помогает физически, а я, поскольку сама плохо хожу, больше занимаюсь продюсированием, продвижением, поддержкой.

В шоу-бизнесе людей с инвалидностью почти нет, и даже если кто-то появляется — часто лишь потому, что за них проплатили. В культуре для нас больше возможностей: можно найти своё место, быть услышанным. Я помогаю другим пройти путь, который прошла сама: от первых шагов до побед.

Мы вместе работаем не только над творчеством, но и над сценическим образом, поведением, уверенностью. Всё, что можно улучшить, — улучшаем, что невозможно изменить — принимаем. Я не беру денег за помощь, всё делаю на волонтёрских началах, потому что знаю, как важно иметь поддержку.

Не только просим, но и отдаём

— Что самое сложное в вашей работе?

— Самое сложное — работать с ребятами с ментальными особенностями. У них иное мышление, другой темп, особое восприятие мира. Но, если честно, и у здоровых людей характеры не всегда простые. К каждому нужен индивидуальный подход, терпение, умение слушать и слышать.

Я амбассадор фонда «Движение вверх», и моя задача — показывать родителям, что ребёнок с инвалидностью может добиваться огромных результатов. Я веду соцсети, занимаюсь медиаволонтёрством для сборов фонда, рассказываю о детях, которые проходят реабилитацию.

— Могли бы вы привести примеры, когда ваши проекты меняли жизнь людей?

— Примеров много. Мой друг из Владимирской области благодаря нашим усилиям и поддержке уполномоченного по правам человека получил третий курс реабилитации, и у него уже есть успехи — коленный сустав начал сгибаться. Другой случай — Влад из Ленинска-Кузнецкого, полностью незрячий, с женой и ребёнком. Им долго не удавалось получить расширение квартиры, хотя по закону положено. Мы добились, чтобы их дело пересмотрели, и теперь они живут в новой большой квартире.

В творчестве тоже много историй: кто-то впервые поехал на фестиваль, кто-то стал лауреатом, кто-то нашёл друзей и поверил в себя. Особенно радуют успехи ребят с ментальными нарушениями, которых раньше нигде не брали, а сейчас они каждый год участвуют и благодарят за шанс.

— Что чаще всего мешает людям с ограниченными возможностями здоровья заниматься творчеством?

— Самое страшное — токсичное окружение. Часто родные не поддерживают, а наоборот, ограничивают: не хотят тратить деньги на поездки, костюмы, взносы, считают, что инвалид — значит, всё должно быть бесплатно. Родственники иногда просто забирают пенсию, не дают человеку возможности развиваться. Я пыталась с этим бороться, но поняла, что бесполезно. Если человек не может принимать решения самостоятельно или его семья против — я не вмешиваюсь, просто не работаю с такими людьми.

Заработала на реабилитацию. Художница с ДЦП из Кузбасса пишет картины носом Подробнее

Бывают и те, кто поддерживает, но их, увы, меньшинство. Главный стереотип — что мы «нахлебники», которые только требуют. На самом деле мы даём обществу не меньше, а часто и больше, чем получаем. Мы работаем, творим, занимаемся наукой, спортом, волонтёрством. Мы не только просим, но и отдаём. И я вижу, как с каждым годом таких людей становится больше, и это радует.

До сих пор много предвзятости

— Что, по-вашему, должно измениться в городской культуре и сознании людей, чтобы инклюзивное творчество стало нормой, а не исключением?

— В культуре, к сожалению, до сих пор много предвзятости. Нас не всегда хотят видеть на сцене — «не такие красивые», «неказистые», «ноги не от ушей»... Я это чувствую, вижу взгляды, слышу шёпот за спиной. Но с годами таких людей становится меньше, общество всё-таки движется к инклюзии. Я стараюсь фокусироваться на тех, кто поддерживает и проявляет доброту.

Важно понять: инвалидом можно стать в любой момент, и это не повод для изоляции. Все мы разные, и полностью здоровых людей не бывает — у кого-то зрение, у кого-то аллергия или особенности фигуры. Нужно просто быть добрее друг к другу.

— Как вы сохраняете свои силы и вдохновение, когда совсем трудно? И что скажете тем, кто сомневается, стоит ли начинать заниматься творчеством, если есть проблемы со здоровьем?

— Признаюсь, это очень сложно. Бывают проекты, где мои ожидания не совпадают с ожиданиями партнёров, особенно чиновников. У нас разный взгляд на инклюзию, и иногда мне не удаётся донести свою позицию. Я очень ранимый человек, тяжело переживаю стресс, иногда месяцами прихожу в себя. Но вдохновляет то, что я делаю это для людей, что могу быть полезной. Я верю: если хотя бы 51% участников доволен — значит, всё не зря.

Если вы хотите заниматься творчеством — значит, это ваше. Иногда люди пробуют и понимают, что это не их путь — и это тоже нормально. Но если есть желание, обязательно найдутся возможности. В каждом городе есть клубы, кружки, бесплатные занятия. Не бойтесь искать своё направление, пробовать новое. Даже если не получится в одном — получится в другом. Главное — действовать. Если у меня получилось, значит, у вас получится обязательно.

— Как проекты помогают людям почувствовать себя нужными и видимыми?

— Самый первый мой самостоятельный проект — региональный мотивационный фестиваль «Ты можешь!» в 2019 году, где участвовало 350 человек. Я была и автором, и директором. После одной из своих побед в конкурсе красоты я привезла три короны и одну — «Мисс Творчество» — подарила шестилетней девочке на своём проекте. Для неё это был настоящий стимул поверить в себя.

В моих конкурсах участвуют от 350 до 1500 человек, и для многих это не просто сцена, а возможность социализации, общения, дружбы. Особенно для тех, кто живёт в деревнях и редко выезжает. Когда видишься с друзьями раз в год — это целое событие.