Как тут жить? Сколько ещё кузбассовцев ютится в бараках

Несмотря на то что на переселение ежегодно выделяются сотни миллионов рублей, у нас фактически в трущобах по-прежнему живут десятки тысяч людей. Да и переезд чаще всего не решает проблемы – предлагают те же протекающие крыши и промерзающие стены.    

   

Откуда столько бараков?

В Кемеровской области доля ветхого и аварийного жилья, согласно данным Кемеровостата, составляет 3,8%. Хуже всего дела обстоят в Ленинске-Кузнецком – здесь доля непригодного жилья составляет 8%, чуть меньше (7,7%) аварийных и ветхих домов в Юрге, и замыкает тройку лидеров Прокопьевск (7,6%).
В столице Кузбасса дела обстоят намного лучше: так, если в Новокузнецке доля аварийного и ветхого жилья – 2,6%, то в Кемерове эта цифра почти в 55 раз меньше – 0,07%. На начало 2015 года в Кемерове в ветхом и аварийном жилье проживало в два раза меньше человек, чем в Новокузнецке, – всего 10 тыс. 44 горожанина.

Больше всего ветхого и аварийного жилья в шахтёрских городах и посёлках Кузбасса. «Связано это, прежде всего, с тем, что в 30–50-е годы XX века в Кемеровской области шла активная разработка угольных месторождений и открывалось много новых шахт. А вокруг шахт как временное жильё для шахтёров строились в основном неблагоустроенные бараки, – рассказывает Пётр Меняйлов, почётный архитектор России.

– В те годы не было ни времени, ни возможности строить полноценное жильё. Рассчитывали на то, что лет через 10-20 эти дома будут снесены, а шахтёрам к тому времени успеют построить капитальное жильё. Но время шло, страна менялась, а возможности построить новые дома уже не было».

Кто жильём спекулирует?

В этих домах сменилось не одно поколение, и сегодня в них живут, как правило, малоимущие, многодетные семьи, старые одинокие пенсионеры и инвалиды, которым идти просто некуда. Некоторые квартиры были куплены позже, потому что стоили совсем недорого и были единственно возможным вариантом расселения. Однако есть здесь и другая сторона.

«Некоторые владельцы ветхих квартир начинают регистрировать на своей площади большое количество родственников, чтобы претендовать на более значительные выплаты, – рассказывает юрист Евгений Ильченко. – Другие в течение многих лет нарочно живут в таких квартирах, не пытаясь искать выход из ситуации. Или даже спекулируют ею, не пытаясь ничего предпринять. Например, ещё несколько лет назад ко мне обращались жители дома, расположенного по улице Тушинской Куйбышевского района Новокузнецка, где обвалился балкон. Ещё тогда я посоветовал им обратиться в суд с иском, однако до цивилизованного судебного разрешения спора дело так и не дошло. Вместо этого жители продолжают заниматься чем угодно, только не надлежащим способом защиты своих прав».

Как проблему решают?

Дома, которые были признаны аварийными и ветхими, власти расселяют по федеральным программам. Однако темпы и объёмы расселения у народа вызывают понятное недовольство. «Безусловно, даже при наличии продуманной программы и эффективной команды, всё в конечном счёте упирается в количество денег, – комментирует ситуацию Роман Кустов, председатель общественной организации по защите прав собственников жилья «Наш дом». – В 2007 году на федеральном уровне была создана государственная корпорация «Фонд ЖКХ», перед которой поставили задачу решения проблемы переселения из аварийного и ветхого жилья. Однако уже тогда было ясно, что выделяемых средств для полного решения этой проблемы не хватит, поскольку реальные потребности намного больше.    

   

При этом лимит поддержки каждого региона устанавливается Фондом ЖКХ. Регионам же проблему переселения самостоятельно не решить». Так, по данным Фонда содействия реформированию жилищно-коммунального хозяйства РФ, в Кемеровской области в период с 2008 по 2014 гг. расселено 277,75 тыс. кв. м. Осталось расселить 391,79 тыс. кв. «Т. е. получается, что за шесть лет не удалось переселить и половину, – подытоживает Роман Кустов. – И это приходилось на период, когда о дефицитах в бюджетах региона и государства не было речи. Так что перспективы для нуждающихся граждан не очень радужные».

Когда дом рухнет? Новокузнечане живут на грани катастрофы

 

Так, жилой дом по переулку Шахтостроительному, 22, о котором мы уже писали, был признан аварийным в 2009 году, а переселение, по словам исполняющей обязанности начальника управления по учёту и приватизации жилых помещений администрации Новокузнецка Натальи Шмидт, началось только в октябре 2015 года и будет закончено к концу следующего года. А жилые дома по Бугарева, 1 (в одной из квартир провалился пол в ванной) и Тушинской, 1 (обрушился балкон) были признаны аварийными уже после 2012 года, а потому переселение будет происходить уже после 2017 года, рассказала чиновница.

Однако и переселение в новые дома часто не решает проблемы аварийного жилья. «В новых домах порой так же бежит крыша, промерзают стены, – сетует общественник. – Так, в нескольких домах Таштагола после переселения из бараков люди в течение первых трёх лет столкнулись с тем, что построенные по программе переселения дома имеют серьёзные проблемы: разрушаются крыша, стены. А где-то эту проблему устранить невозможно вообще в принципе – застройщик исчез».