«Я не раздаю билеты на тот свет». Иерей помогает тяжелобольным в хосписах

Служение в хосписе требует особого душевного склада — терпения, бережности и умения быть рядом без лишних слов. Иерей Виктор Григорьев из Новокузнецка много лет навещает взрослых и детей, чья жизнь тяжело осложнена болезнью. Он исповедует и причащает пациентов, разговаривает с их близкими, поддерживает семьи, воспитывающие детей с инвалидностью.

О том, почему нельзя откладывать поездку к больному, как говорить с ребёнком о тяжёлой болезни и почему даже на пороге смерти человеку важно слышать: «Я рядом», иерей рассказал kuzbass.aif.ru.

Из одного класса — три священника

Отец Виктор родился в небольшой деревне Урск Гурьевского района. Его путь к вере начался в детстве — с приглашения классного руководителя, которая одновременно была директором воскресной школы.

«Однажды она спросила: „Открывается воскресная школа, кто хочет?“ Мы и пошли, — вспоминает священник. — В итоге из нашего деревенского класса выросли три священника. Вместе учились в воскресной школе, затем в семинарии. Всё сложилось как-то естественно: мне было интересно».

После рукоположения отец Виктор несколько лет служил диаконом в больничном храме Георгия Победоносца. В 2015 году стал священником часовни в честь иконы Божией Матери «Утоли моя печали». С первых дней своего служения он начал ездить в хосписы — взрослый и детский. Его рабочее место — не кабинет, а больничные коридоры и палаты. Телефон почти не умолкает: звонят пациенты, их родственники, родители детей с тяжёлыми заболеваниями. В таких разговорах, признаётся священник, нельзя откладывать главное.

«Подумать не о себе». Иерей Никоноров раскрыл, что главное перед отпеванием Подробнее

Между медициной и верой

Во взрослом хосписе отец Виктор чаще всего встречается с пациентами с онкологическими заболеваниями. Он совершает богослужения, исповедует, причащает и соборует людей. И замечает, что перед лицом болезни отношение к покаянию меняется: «В обычном приходе человек исповедуется и уходит жить дальше, понимая, что сможет прийти снова. В хосписе многие знают: завтрашнего дня может не быть. Исповедь там совсем другая — прямая и честная, без бытовых обид, мелочей и попыток оправдаться. Человек оставляет лишнее и говорит о самом важном».

Иногда пациенты настороженно встречают священника: его приход воспринимают как знак скорой смерти. Отец Виктор старается сразу развеять этот страх: «Я прихожу к живым — пока мы ещё можем что-то обсудить и изменить. Я не билеты на тот свет раздаю. Моя задача — поддержать человека, помолиться вместе с ним, помочь ему обрести душевный покой». Священник говорит, что общается и с неверующими, и с мусульманами. Ничего никому не навязывает, но предлагает поддержку и молитву. Категорический отказ за многие годы служения он слышал лишь несколько раз.

За годы служения отец Виктор видел, как люди с тяжёлыми диагнозами возвращались к жизни вопреки самым неблагоприятным прогнозам. Он рассказывает об этом осторожно, не противопоставляя веру медицине и не обещая исцеления каждому. Однажды его вызвали к мужчине в критическом состоянии: тяжёлая онкология, последние стадии болезни, счёт шёл на минуты. Они поговорили, помолились, совершили таинства. Через несколько дней священник вновь приехал в хоспис и узнал, что пациента выписали домой: его состояние улучшилось, наступила ремиссия. По словам отца Виктора, мужчина прожил ещё год.

«Столь же пагубно». Иерей Ланский раскрыл, можно ли доверять ИИ-священникам Подробнее

Другой случай произошёл с женщиной, у которой рак костей почти разрушил позвоночник. Её регулярно перевозили из хосписа на лечение в онкологический диспансер и обратно. Постепенно она начала ходить. Врачи, вспоминает священник, были поражены, когда пациент­ка однажды самостоятельно вошла в кабинет. «Никто не знает, когда и почему это случается. Невозможно точно предсказать такие вещи, — подчёркивает отец Виктор. — Но эти истории учат не ставить на человеке точку раньше времени. Не нужно требовать чуда, но и считать его невозможным тоже нельзя».

«Я рядом»

В детском хосписе находятся ребята с тяжёлыми нарушениями развития, ДЦП и другими заболеваниями. Многие из них остались без родителей. Разговаривать с детьми о болезни, боли и смерти нужно особенно бережно. «Они могут не знать медицинских терминов, но прекрасно чувствуют тревогу взрослых. Дети сразу понимают, когда их обманывают», — говорит священник. Поэтому он не даёт обещаний, которые не может выполнить. Не говорит, что всё непременно будет хорошо, если не уверен в этом. Но старается дать ребёнку главное ощущение — он не один: «Иногда достаточно сказать: я рядом». Дети спрашивают о Боге, о небе, о том, встретятся ли они с близкими. Отвечать нужно так, чтобы ребёнку было понятно и не страшно«.

Самым тяжёлым испытанием отец Виктор называет смерть детей. Одно из первых отпеваний он совершал над девочкой, которая была всего на несколько лет младше его собственного сына. «После такого невозможно просто закрыть дверь хосписа и забыть увиденное. Боль остаётся. Если бы я не верил, наверное, не справился бы», — признаётся он. Вера не избавляет от переживаний, но помогает снова вернуться в больницу.

«Легче отпускают смерть». Как онкобольные дети учатся в госпитальных школах Подробнее

О боли родителей, воспитывающих особенных детей отец Виктор знает не только по встречам с семьями. Вместе с супругой он растит четырёх сыновей. Младшему Степану девять лет, у него ДЦП. Его жизнь, как и жизнь всей семьи, связана с ежедневными занятиями и реабилитацией. Чтобы не потерять близость с детьми, у отца Виктора есть правило: гулять с каждым сыном отдельно. В разговоре один на один подростки чаще готовы честно обсуждать сложные темы — от вредных привычек до грубости и конфликтов со сверстниками.

Священник считает, что церковь должна говорить с молодёжью на понятном ей языке. Поэтому спокойно относится к священнослужителям, которые ведут блоги и записывают ролики для социальных сетей.

«Если это помогает отвлечь ребят от вейпов и других вредных увлечений, привести их к чему-то важному — почему нет? Главное, чтобы всё было уместно и с благословения, — считает он. — Молодым людям иногда страшно зайти в храм. А через экран смартфона они видят: со священником можно просто поговорить».

В храме, где служит отец Виктор, готовы открыть двери и поздним вечером, если молодому человеку нужно поговорить.

День священника редко заканчивается по расписанию: звонки и сообщения могут прийти поздним вечером. Когда становится особенно тяжело, он выходит на прогулку или берётся за картины по номерам. Медленно, цвет за цветом, возвращает себе тишину. А затем снова идёт к людям.

Самый болезненный урок своего служения отец Виктор запомнил навсегда. Однажды его позвали к женщине, но он решил сначала закончить дела в храме. Прошло всего 15 минут, и, когда священник перезвонил, ему сообщили: пациентка умерла. «Мы не успели. С тех пор я не жду, — говорит он. — Даже если человек в коме и, кажется, шансов нет, я еду. Иногда пациент на минуту открывает глаза, и мы успеваем совершить таинство. Время — это дар. Наша задача — успеть согреть человека вниманием, пока он ещё здесь».