Кузбасс четвёртый год страдает от угольного кризиса — закрываются предприятия, сокращается персонал, бюджет теряет миллиарды налоговых доходов. Поэтому власти ищут новые способы применения и вывоза угля.
На Российской энергетической неделе губернатор Илья Середюк озвучил сценарии спасения кузбасского углепрома. По его словам, власти и угольщики устали ждать улучшений и стали воспринимать кризисную ситуацию как новую реальность и искать решения, исходя из складывающихся обстоятельств. kuzbass.aif.ru рассказывает подробнее об идеях и о мнениях экспертов.
Вывозить новыми путями
Вывоз добытого топлива — головная боль угольщиков и властей. Сейчас основной поток идёт на восток. Но железная дорога с объёмами не справляется. Да и везти уголь долго и невыгодно: путь до Владивостока — это почти 6 000 км.
Илья Середюк предложил два варианта новой логистики. Один — это строительство железной дороги из Новокузнецка через Республику Алтай в китайский город Урумчи. Протяжённость новой ветки оценивается в 1,5 тыс. км. По словам губернатора, такое короткое плечо обеспечит минимизацию транспортных затрат на перевозку угля на восток.
Второй путь — это мультимодальный водный маршрут от Юрги по Томи с последующим выходом в Обь до арктического морского порта Сабетта (2 700 км), а далее 11 500 км — по Северному морскому пути до КНР. Посчитали, что 150 дней в году по рекам могут курсировать баржи. На них за это время можно будет переправлять 11 млн тонн угля, а взамен из Поднебесной привозить сырую нефть, сжиженный газ, горношахтное оборудование. По продолжительности этот маршрут длиннее железнодорожного на Дальний Восток и не менее затратный. Но как альтернатива вечно загруженному восточному полигону РЖД имеет право на существование.
Конечно, предпочтительнее всего выглядит путь в Китай через Алтай. Но, как выяснили коллеги из издания novokuznetsk.su, строительство этой дороги ещё в 2023 г. оценивалось в 2,1 триллиона рублей.
Не топливо, а энергия
«Если вырастет логистика и цены на уголь не изменятся, то мы столкнёмся с тем, что продукцию из Кузбасса можно будет поставлять только в радиусе 2000 километров. А если посчитать всех потребителей в радиусе 2000 километров от Кузбасса, это всего лишь 60 млн тонн угля. При том что Кузбасс ежегодно в спокойном ритме способен добывать 200-240 млн. Поэтому нам 100% нужно заниматься перспективными инфраструктурными проектами», — рассуждает Илья Середюк.
Как вариант — строить угольные ТЭС в регионе, т. е. продавать не топливо, а сразу энергию. Предпочтительная технология основана на сверхкритическом сжигании. Её плюсы в высоком КПД, экономии топлива и экологичности. Но есть и недостатки: высокие капитальные затраты и необходимость в высококачественной химочищенной воде для производства. Соответственно, и себестоимость электроэнергии повыше, чем на ТЭС, работающих по другим технологиям.
Впрочем, ключевой продукт здесь не энергия, а вычислительные мощности.
Карьерный дата-центр
С созданием вычислительных мощностей — центров обработки данных, инфраструктуры для искусственного интеллекта и других энергоёмких технологий — связан проект «Долина данных».
Губернатор предложил строить дата-центры в отработанных угольных карьерах. «Сегодня угольщики по окончании отработки должны тратить значительные ресурсы по рекультивации, по содержанию. Так вот, туда нужно просто дом монолитный, 10 этажей, 12, 16 этажей, не вверх, а вниз опустить», — предлагает Середюк.
Для охлаждения техники можно использовать воду из подземных источников, накапливающуюся в карьерах. К тому же такой ЦОД защищён: «Сделал сверху кровлю, озеленил, построил парк и закрыл этот дата-центр». Губернатор отмечает, что преимущества карьерного дата-центра в том, что он помогает провести рекультивацию промышленных земель, сокращает затраты на строительство и обеспечивает более высокий уровень защищённости за счёт размещения на большой глубине.
К слову, недавно с аналогичным предложением выступил думский депутат от Кузбасса Олег Матвейчев. «Сверху засыпать, и никто никогда его не достанет и никогда до него не долетит», — заявил он изданию «Проект».
Пока все предложенные проекты остаются только на словах и в картинках. Экономисты и эксперты IT-отрасли отмечают их дороговизну. Но о том, возьмётся ли государство или частные инвесторы профинансировать такое будущее углепрома, не сообщается.
Потребность в ЦОДах колоссальная
— Развитие экономики искусственного интеллекта в мире ведёт к взрывному росту энергопотребления. И с точки зрения мирового баланса энергопотребления, исходя из тех потребностей, которые будут в вычислительных мощностях и в связи с развитием искусственного интеллекта, без угольной отрасли баланс не бьётся, — считает президент фонда «Кристалл роста», заместитель секретаря Общественной палаты РФ Александр Галушка.
У нас колоссальная потребность в центрах обработки данных. Их нужно строить там, где есть уголь. Мы разработали технологию иммерсионных ЦОДов (дата-центров, серверы которых охлаждаются не воздухом, а погружением в воду. — Ред.). Она выросла из космического отечественного проекта и сегодня используется службой внешней разведки и минобороны. Технология верифицирована минпромторгом, готовится ГОСТ по её внедрению. И ещё она на порядок более безопасная — имею в виду реалии последних недель, потому что водяное охлаждение можно сделать под землёй. Программа строительства иммерсионных ЦОДов на базе угольной генерации — универсальный вопрос, который тянет отрасль очень сильно вперёд.
Не объёмы, а эффективность
— Ключевое — мы сохранили угольную отрасль, несмотря на кризис. Мы запускаем новый инвестиционный цикл. Это перезапуск всех элементов, начиная от геологоразведки и заканчивая ликвидацией предприятия. Здесь и добыча, и транспортировка, и переработка, и ликвидация последствий угледобычи. Главное — это новый подход к развитию отрасли: уже не за объёмами добычи гонимся, а за эффективностью, за маржинальностью, за повышением устойчивости отрасли ко всем внешним факторам, — говорит статс-секретарь — заместитель министра энергетики РФ Дмитрий Исламов.
Говоря о внутреннем потреблении, в соответствии с программой энергостратегии, нам необходимо сохранить долю угольной генерации. Нужно модернизировать наши угольные станции, особенно с учётом экологических требований, и перейти на современные новые технологии угольной генерации. Я имею в виду суперсверхкритические параметры пара. Также мы разработали акт правительства о создании системы государственного управления глубокой переработкой угля и углехимией, направили в министерства и ведомства на согласование, проект включает 14 мероприятий.
Дорогое новое и забытое старое
— С учётом проблем в угольной отрасли необходимо искать новые проекты с точки зрения активизации углепрома и поиска новых логистических маршрутов для вывоза угля, считает экономист Евгений Харлампенков. Строительство железной дороги из Таштагола через республику Алтай способно сократить затраты на перевозку, сделать кузнецкий уголь более конкурентоспособным по сравнению с&am ea4 p;nbsp;якутским. Но там много вопросов. Куда пойдёт уголь с Урумчи в Китае? Как будет складываться конъюнктура угольного рынка в перспективе 30-50 лет, ведь дорогу надо окупить? Какой объём угля будет вывозиться по этой дороге (это влияет на скорость окупаемости проекта)? И ещё чисто технический вопрос: ширина российской колеи и китайской разная, значит, будут затраты на терминал по перестановке колёсных пар, проблемы с оборачиваемостью вагонов. Здесь нужно очень конкретное технико-экономическое обоснование проекта.
Теперь водный маршрут: когда-то уголь из Кемерова возили в Томск баржами, отгрузка шла с Красной Горки, там ещё остатки пристани сохранились. Но водный режим Томи за столетие изменился, река стала мелкой, значит, надо строить ниже по Томи гидротехнические сооружения, чтобы поднять уровень воды. Если бы была достроена Крапивинская ГЭС, то уровень воды повысился бы, а так сложно сказать. Можно, конечно, в Юрге построить угольный терминал с перегрузкой с ж/д транспорта на водный, а можно сделать его уже в Томске — там Обь, доплывёт. Идея заманчивая, но тоже нужно конкретное ТЭО проекта.
По электростанциям очень хорошее решение, особенно если они будут работать на сверхкритических режимах генерации. Это позволит решить несколько проблем: обеспечить устойчивость добычи и сбыта кузнецкого угля, увеличить производство электроэнергии, в которой нуждается экономика Сибири и Дальнего Востока, сдублировать дата-центры в европейской части страны, тем более что потребности в них растут.
А вот строительство дата-центров в карьерах — вещь новая. На выработанных карьерах надо рекультивацию проводить, честно говоря. Не знаю, в чём прелесть этого решения, разве что только в безопасности размещения. Стоить это будет очень дорого.
Подписывайтесь на АиФ в  MAX
|
Один новый завод? В Кемерове готово 55% деревообрабатывающего предприятия 
Дать нельзя отказать. Банки не занимают деньги 8 из 10 жителей Кузбасса 
Для смартфонов и самолётов. Что тормозит развитие углехимии в Кузбассе 
Стройку заморозят? Вскрылись детали о музейно-театральном комплексе Кемерова 
Не бриллиантами едиными. Как в Якутии добывают уголь и кто это делает