Рапорт в Донбасс. 90 лет назад шахтёры Кузбасса на лыжах прошли всю страну

Мороз 55 градусов, дикие звери, сломанные лыжи, мокрая и задубевшая одежда. В таких условиях в 1935 г. шахтёры прошагали 4,4 тысячи километров из Кузбасса в Донбасс. Ради чего? Часов, патефонов и велосипедов? И зачем повторять их геройство в наши дни?

Минэнерго РФ предложило шахтёрам масштабировать этот исторический опыт на всю страну: пройти, пробежать или проехать на велосипедах. Потом пройденные километры суммируют в общий зачёт. kuzbass.aif.ru вспоминает историю лыжного похода 90-летней давности, который призван стать примером для современных горняков.

Сверхдальняя обыденность?

Идея лыжного перехода «Кузбасс-Донбасс» появилась в 1935 году, когда родился лозунг: «Превратим Кузбасс во второй Донбасс». В 1930-х подобные сверхдальние переходы — на лыжах, пешком, на велосипедах или на лодках — не были редкостью. И тем более были не инициативой самих спортсменов, а государственной задачей. По ходу маршрута лыжники проводили митинги на заводах, рассказывали о стахановских рекордах на своих шахтах и агитировали вступать в ряды физкультурников.

В поход из Кузбасса отправились пятеро комсомольцев: инструктор-забойщик из Прокопьевска Михаил Петров, два кемеровчанина — молотобоец Борис Игонин и преподаватель физкультуры горного техникума Фёдор Токарев, два жителя Ленинска-Кузнецкого — забойщик—стахановец Павел Пьянов и горноспасатель Фёдор Давыдов. Последний возглавил команду. Кузбассовцы стартовали на лыжах из Прокопьевска 24 декабря 1935 г. по маршруту Новосибирск — Омск — Петропавловск — Челябинск — Уфа — Самара — Саратов — Донецк (Сталино).

Буран сбивал с ног

Сам переход протяжённостью 4400 км — уже испытание. Однако на пути возникали и другие трудности. Главная — экстремально низкая температура. «Скольжения абсолютно нет, всё время дул встречный ветер, сегодня температура минус 37˚. 26 стартовали в Гурьевск. Температура минус 45˚... Настроение боевое», — писала газета «Кузбасс» о первых днях перехода. При прохождении сибирского маршрута морозы доходили до 50 градусов, буран сбивал с ног.

Деревянные лыжи ломались постоянно, особенно на сибирском насте при сильном морозе. При низкой температуре материал становился хрупким и трескался.

Маршрут прокладывали от сельсовета к сельсовету, чтобы на ночлег останавливаться в тепле. Командир Фёдор Давыдов вспоминал, что в сибирских деревнях их часто встречали как героев — топили бани и собирали всей деревней продукты в дорогу. Но бывали дни, когда из-за бурана группа не успевала дойти до жилья, и им приходилось ночевать в заброшенных будках путевых обходчиков.

Одежда тоже доставляла хлопот. Шерстяные свитеры, меховые жилеты и брезентовые штормовки за день промокали от пота. Большой проблемой было просушить одежду за ночь в крестьянских избах, так как к утру она дубела на морозе.

В омских степях лыжники попали в сильнейший буран. Когда видимость упала до нуля, а ураганный ветер валил с ног, командир Давыдов принял решение разбить лагерь в снегу. Лыжники натянули над головами большой кусок брезента и легли под него, прижавшись друг к другу, чтобы сохранить тепло. Их импровизированную палатку стремительно засыпало снегом. Давыдов поставил лыжную палку так, чтобы та упёрлась в верх брезента и проткнула ткань. К утру «палатку» так засыпало, что лыжники сами не могли выбраться. Благо, мимо проезжал местный парень, который заметил неестественно торчащий из свежего сугроба кончик лыжной палки, и откопал замерзающих стахановцев.

«Дождусь во Владивостоке». Как семейная пара идёт пешком через всю Россию Подробнее

Со зверями и потерями

На сибирском пути попадались дикие звери. Поскольку пробег носил статус военизированного, то у участников было с собой оружие. В тайге их стала преследовать волчья стая. Звери шли рядом, постепенно сужая кольцо вокруг людей. Бежать по глубокому снегу было бесполезно, и лыжники заняли круговую оборону. При приближении вожака стаи Давыдов стал стрелять. Выстрелы остановили хищников, и стая отступила в чащу.

Выходил навстречу и медведь-шатун — почему-то не спалось косолапому. Стрелять в него из лёгкого оружия было опасно: хищника только ранишь и разозлишь. Давыдов приказал группе не двигаться. Люди и медведь несколько минут постояли в тишине — и разошлись миром: зверь развернулся и ушёл в лес.

Но без потерь не обошлось. Изначально стартовали шесть человек. Но двое выбыли по пути. Первый, Фёдор Токарев, уже под Гурьевском: он получил сильнейшее обморожение ног. Второй, Белов, прошёл с группой почти до Омска. Но из-за нечеловеческих нагрузок растянул связки на руках, они распухли. Хозяйка, принимавшая ходоков, посоветовала обмотать руки тряпками с керосином. А на следующем привале ткань снялась вместе с кожей и мясом — мужчину увезли в больницу.

Премиальный набор

Остальная четвёрка добралась до финиша. Общее время составило 79 дней — это с учётом остановок и митингов. А конкретно в пути лыжные ходоки провели 61 день. В Сталино они прибыли 11 марта. Вместе с тысячами горняков кузбассовцев встретил Алексей Стаханов со словами: «Этот пробег доказал всему миру железную выносливость советского рабочего класса».

Потом участников перехода повезли в Москву, к наркому тяжёлой промышленности Серго Орджоникидзе и маршалу Клименту Ворошилову. Каждому там вручили дефицитные в те годы подарки: патефоны с набором пластинок, карманные золотые часы и велосипеды, а командиру Давыдову — ещё и наградной пистолет. Позже угольные тресты выплатили участникам крупные денежные вознаграждения и путёвки в санатории. Разумеется, были знаки отличия и грамоты.

Это был стандартный премиальный набор для участников подобных маршрутов в 1930-х. Успешный сверхдальний переход приравнивался к государственному подвигу, и советская власть не скупилась на дефицитные материальные блага и знаки почёта.

Судьбы участников

Командир отряда Фёдор Давыдов вернулся к работе горноспасателем в Ленинске-Кузнецком. А в 1941 г. ушёл на фронт, там возглавил лыжный батальон. Подобные отряды немцы называли «белыми дьяволами». В марте 1942 г. он погиб в бою в Орловской области.

Его армейский друг Павел Пьянов во время перехода провалился под лёд в Волгу, из-за чего сильно заболел, но продолжил маршрут. После лечения вернулся в Кузбасс на шахту. Но переохлаждение подорвало его здоровье — в 1950 г. он умер от болезни лёгких.

Судьба Бориса Игонина и Михаила Петрова оказалась самой мрачной и долгое время была засекречена. В 1937–1938 годах по углепрому Кузбасса и Донбасса прокатилась волна репрессий: многие руководители трестов, которые выделяли лыжникам деньги, были объявлены вредителями и саботажниками. Под подозрение попадали и рядовые работники, которых начальство продвигало и награждало. Видимо, Игонин и Петров попали под этот каток. Такие сведения сообщали потомки Давыдова, которые к 80-летию перехода восстанавливали биографии группы.

К слову, судьба вновь свела Пьянова и Давыдова: их правнуки поступили в один техникум, учились в параллельных группах — познакомились и стали вместе восстанавливать архивы о подвиге дедов.

Зачем такая сложная доставка?

Лыжники доставили рапорт о том, что стахановцы Кузбасса досрочно выполнили план угледобычи за 1935 год и взяли на себя повышенные обязательства на 1936 год. Неужели это сообщение нельзя было доставить более простым способом? Можно. Но рапорт пронесли через всю страну ради двух целей — пропаганды и оборонной подготовки. Сверхтяжёлый пробег доказывал всему миру и гражданам СССР безграничные возможности советского человека. Телеграмма не имела бы такого пропагандистского и воодушевляющего эффекта. Также пробег имел статус военно-технического задания. С его помощью проверялись как способности советской молодёжи выполнять тяжелейшие переходы в условиях экстремальной зимы, так и качество армейского обмундирования и походных рационов питания. В конце концов, государству нужен был громкий триумф, объединяющий рабочих всей страны. И оно его получило.

А что нужно нынешнему государству, инициировавшему по мотивам этого перехода проект «Шахтёрское братство. Сильные духом» (под эгидой Минэнерго, ВЭБ.РФ и фонда «Защитники Отечества»)? «Сегодня эту эстафету принимает вся шахтёрская Россия: маршрут протяжённостью 4 400 километров объединил тысячи людей разных поколений и профессий не только общей памятью, но и уважением к шахтёрскому труду. Именно в этом единстве мы видим главную силу шахтёрского братства. Особое значение проекту придаёт участие ветеранов угольной отрасли и ветеранов СВО, молодых специалистов, членов семей горняков и жителей угольных регионов», — объяснил министр энергетики Сергей Цивилев.

Готовился год. Бывший шахтёр перелетел Кузнецкий Алатау на воздушном шаре Подробнее